«Нине Васильевне на память»

В год, объявленный Губернатором Свердловской области Евгением Куйвашевым «Годом медицинского работника», хотелось бы рассказать о ветеранах, о тех, кто своим многолетним трудом заслужил от своих земляков самое почетноё звание: «Врач от Бога».



У Нины Васильевны Рябиновой, отметившей 80-летие, есть альбом, в котором снимки ее самой – молодой, красивой, с коллегами. Но самая дорогая фотография – со спасенным ребенком на руках и подписью на обратной стороне: «Нине Васильевне Рябиновой на память от Семейкина Ивана. 2004 г.».


«Единственный свет в окошке» – так Нина Васильевна называет своего внука, оставшегося у нее от семьи. Дочь несколько лет назад погибла при пожаре в своем доме, а внук хоть и живет в Екатеринбурге, про любимую бабушку не забывает.


Впрочем, внуков, хоть и неродных, у детского фельдшера Рябиновой в Сосьве – не одна сотня. Память о ней – практически в каждой семье, где она в свое время поставила на ноги ребенка, своим отношением, знаниями, участием помогла вырастить здоровых деток. «Врач от Бога» – так называют ее в поселке. «Это наша гордость, – сказал о Нине Васильевне глава Сосьвинского городского округа Геннадий Макаров, – недавно мы поздравили ее с 80-летием».


Графика работы у нас не было



Нина Васильевна родилась и выросла в Сосьве, с дипломом Серовского медицинского училища после обязательной отработки в Верхотурье вернулась в родные места. В деревне, поселке медик – это не то, что в городе. У них нет определенного графика работы, постучать в дверь или окно могут и в ночь-полночь, и с раннего утра, и на улице остановить.


– Все так, мы ведь все друг друга знаем, так что часто обращались. А профессию выбрала сама, родители далеки были от этого. Маленькой я часто болела, перенесла все детские инфекции, начиная с кори, скарлатины. Медики были частыми гостями в нашем доме, я запомнила их очень ласковыми, добрыми: и по головке погладит, и успокоит… Окружение это и повлияло на меня.


Татьяна Федоровна Еремеева, в ту пору возглавлявшая детскую поликлинику в Сосьве, заметила смышлёную, дисциплинированную девушку и предложила работать с детьми.


– Я умела работать с родителями, как-то обходилась без конфликтов, но умела постоять на своем. И сейчас с некоторыми из них я общаюсь, а одна, уже бабушка, только со мной советуется по поводу своего внука. Школа у нас была сильная. Мы обходились без компьютерных технологий, других новомодных штучек. Но умели разговаривать с людьми, а это играет большую роль при постановке диагноза и лечении. Порой иду по улице, со мной здороваются взрослые парни, а я их уже и не узнаю, такие здоровенные! Кто-то просто улыбается, а кто-то руки широко раскинет для объятий: «Нина Васильевна, Вы меня не узнаете?». Помнят, узнают – это приятно.


Пешком, на лодке, на коне...


В большой практике участкового фельдшера-педиатра было всякое. Иногда приходилось приходить по вызову к очень тяжелому ребенку, понимая, что самой не справиться, вызывала подмогу из санитарной авиации.


– Тогда ведь телефоны были редкостью, бежала в ближайший магазин, звонила и вызывала самолет. Была в одно время вспышка менингококковой инфекции, очень тяжелая болезнь. В одной семье было 11 или 13 детей, сейчас уж точно не вспомню, заболел трехлетний малыш. А живут все в одной комнатке, вижу, что ребенок уже синий, задыхается: «Вы что, с ума все сошли? Ребенку дышать нечем». Всех выгнала из комнаты, дозвонилась и вызвала санавиацию. Спасли ребенка.


Участок Нины Рябиновой был от деревни Мишина до середины Сосьвы, а население поселка было тогда гораздо больше 10 тысяч. Ходила молодой фельдшер километры пешком. Тогда никто им машин не давал.


– Сложно было, когда река разливалась, до Мишино только на лодке добиралась, хотя воды боюсь.


Молодым медикам такое сложно представить, но в практике деревенского фельдшера-педиатра множество случаев, когда не то, что на лодке, но и верхом на лошади, на тракторе приходилось добираться до больных детей, а некоторых на руках уносить от пьяных родителей, не замечающих умирающего ребенка…


– Зато медики были очень уважаемыми людьми, можно сказать, местными богами. Это сейчас на них можно жалобу накатать, обматерить, у нас такого не было.


У нас отказников не было


Не смогли мы с Ниной Васильевной не поговорить о движении антипрививочников, которые в последние лет 20 стали очень активны, используя соцсети, интернет.


– Я не помню, чтобы кто-то отказался, не дал поставить ребенку вакцину. Конечно, бывало всякое. Приехала к нам многодетная семья, вызвали к ребенку: болит горло, у нее ангина. Я посмотрела: нет, это не ангина... Тогда считалось, что эта инфекция в Советском Союзе ликвидирована, мы только знали ее по учебникам. Я увидела то, что раньше только на картинках было: все симптомы дифтерии. Меня что-то интуитивно подтолкнула внимательно осмотреть ребенка еще не раз, поставила диагноз дифтерии под вопросом, вызвала санавиацию, пришлось самой сопровождать ребенка. А вертолета не боялась, не раз летала со знакомыми летчика в лес, на болота за ягодами, грибами. Тогда этот случай областные клиницисты обсуждали на медсовете, на конференции меня похвалили за правильно поставленный диагноз, попросили подготовить доклад.


Нину Васильевну огорчает, что люди не доверяют нашим вакцинам, не верят в разработки ученых в борьбе с новой страшной инфекцией.


– Конечно, раньше такого не было. Календарь прививок строго мы выполняли, учет был очень тщательный. В последние годы благодаря прививкам корь, скарлатину, паротит мы только теоретически знали. А сейчас эти инфекции возвращаются, в Екатеринбурге пару лет назад была вспышка кори. Сегодня такая же возня идет вокруг прививок от коронавируса. Много очень лживой информации. Люди не хотят ставить прививки, не понимая, какие тяжелые последствия могут быть. Мы пережили разные инфекции, я помню, сколько бесплодных парней осталось после, казалось бы, безобидной «свинки» – паротита. И «отказников» у нас практически не было.


Азарт к тихой охоте


Нина Васильевна давно отошла от медицины, хотя интересуется новостями, порой дает советы соседям. После выхода на пенсию она смогла больше времени отдавать свой страсти – сбору ягод, грибов.


– Меня мама с детства приучила. Очень люблю собирать клюкву, чернику. Клюкву обычно собирали даже в октябре, когда она уже на кочках подмерзнет, станет очень сладкой. И по болотам как-то не боялись ходить, места вокруг Сосьвы, Кошая ягодные. Жаль, что сейчас уже не могу ягоды собирать, но за грибами все равно пойду. Есть заветные местечки с белыми, красноголовиками. Очень люблю собирать, а потом раздавать. Увижу первый белый грибочек, аж глаза загораются. Азарт такой просыпается, сама себе удивляюсь!


Очень надеюсь, что любимые красноголовики и нынче порадуют Нину Васильевну, а главное, что ей хочется пожелать, – это здоровья!